Это началось ещё в школьные годы, давно. Сначала я записался в шахматный кружок, однако тренер относился ко всем новичкам несерьёзно. Тогда мой друг предложил посмотреть, как дела обстоят в шашечном кружке — если понравится, останешься. Я последовал этому совету. И мне понравилось, поскольку тренер уделял большое внимания новичкам, а мне, подростку, это было очень важно. Так я остался в шашечном кружке. Долгое время я играл в русские шашки на доске 8x8. Но в Казахстане, где я жил на тот момент, с 1979 года начали проводить чемпионаты по стоклеточным шашкам, и я принял решение освоить эту новую разновидность игры.  Первый и второй областные чемпионаты я сыграл неудачно, а в 1981 году занял первое место. Это дало мне право выступать в чемпионате Казахстана, где я показал хороший результат и вошёл сборную республики. Мне было приятно, что меня заметили и оценили, но главное — мне очень понравилась именно сама игра в стоклеточные шашки. Эта игра требует серьезной работы, здесь много сложных позиций и большое разнообразие тактических ходов, комбинаций. Вот эта сложность меня особенно привлекала.

Русским шашкам меня учил тренер, который предоставлял необходимый учебные материалы. Но стоклеточные шашки мне пришлось осваивать самостоятельно, поскольку у ребят, решивших перейти на этот вид шашек, не было тренеров. Я выписывал через магазин «Рассвет» специальную литературу по брайлю, но этого было недостаточно. Гораздо больше книг и журналов по интересующей меня теме выходило в плоскопечатном виде. Мне помогала мама. Под её диктовку я переписал, с помощью грифеля и брайлевского прибора, несчётное количество литературы, ведь компьютеров тогда не было, всё приходилось перепечатывать вручную.

Да, это действительно был большой труд. После работы я приходил домой и переписывал под мамину диктовку нужную информацию по два-три часа каждый день. Всеми знаниями в шашках я обязан на 80% маме, а на 20% — своему упорству. Но если бы не мама, я бы и тех 20% не имел.

Я родился 14 февраля 1958 года, в Киргизии, в городе Майлуу-Суу (ныне Майлуусуу) — это город в Джалал-Абадской области. Мне было чуть больше года, когда мы переехали оттуда в Анжеро-Судженск. Здесь уже родилась моя сестрёнка, у нас полтора года разницы. Отец, Ахат Хасанзянович, всю жизнь трудился проходчиком на шахте. Мама, Гакиля Васфеевна, много где работала - то грузчиком в магазине, то на хлебопекарне. Образования у родителей не было. В 1966 году, в Анжеро-Судженске, я потерял зрение в результате взрыва шахтных детонаторов. Отец моего товарища, шахтёр, украл их из шахты чтобы глушить рыбу, а мой приятель стащил их у отца. Нам хотелось посмотреть, как они взрываются. Мы бросили один детонатор в костёр. Мне тогда было восемь лет. После этого родители прикладывали большие усилия, чтобы вернуть мне зрение, возили меня по разным клиникам — в Одессу в клинику Филатова, в Москву в клинику Фёдорова. Не теряя надежды на моё выздоровление, показывали ведущим окулистам страны. Когда стало ясно, что зрение едва ли получится вернуть, отец сказал: «Как бы там ни было, учиться надо». Меня отдали в Томскую школу-интернат, где я проучился три года. В 1970 году, из-за снижения зарплат на шахте в Анжеро-Судженске, семье пришлось задуматься о переезде в другое место, и отец выбрал для нас Караганду. Там я пошёл в четвёртый класс школы для слепых, начал учиться игре на баяне. А в седьмом классе стал посещать шашечный кружок. Девять классов я закончил в Караганде в 1976 году, и потом поехал учиться в 10-11 классы в Свердловскую область, город Верхняя Пышма. Выбор пал на Верхнюю Пышму, а не на Алма-Ату, потому что там можно было одновременно получить профессию массажиста. После окончания 11 классов я работал массажистом в Караганде 25 лет. Сначала в первой городской клинической больнице, затем продолжил трудиться в областной больнице восстановительного лечения, где лежали пациенты с повреждениями спинного мозга. И всё это время ездил на соревнования. Закон тогда позволял, не теряя в заработке, совмещать работу со спортом. Если меня с работы не отпускали, я брал отпуск без содержания, а разницу в зарплате компенсировало областное правление карагандинского общества слепых, так что я не пропускал ни одного чемпионата Казахстана. Отец всегда меня поддерживал, часто повторял, что я должен учиться и быть лучше всех. Когда я выступал на чемпионатах и попадал в призёры, об этом знали все вокруг, понятное дело, не из радио – от отца! Он очень гордился мной. В 1988 году я впервые выехал за границу, в Голландию, на товарищескую встречу между сборной общества слепых Казахстана и сборной голландского союза слепых. Эта встреча стала первым случаем участия советских незрячих шашистов в международных соревнованиях. В игре приняли участие две команды по пять человек. Сборная Казахстана выиграла с общим счётом 39:11. Хотя призовые места не присуждались, общий результат показал, насколько советские шашисты из Казахстана были лучше подготовлены.

Так как в Казахстане у нас не осталось близких, в 2002 году родители решили снова переехать в Анжеро-Судженск, где проживали наши родственники. Я, по ряду причин, смог присоединиться к ним лишь в 2009 году. На новом месте устроиться на работу по профессии не удалось, зато у меня появилось больше времени для занятий спортом. В обществе слепых тогда никто не играл в стоклеточные шашки, поэтому я сначала участвовал в областных соревнованиях только по русским шашкам. Уже не вспомню, в каком году в Кемерово состоялся чемпионат по стоклеточным шашкам среди зрячих спортсменов Сибирского федерального округа, где я выступил достаточно успешно — из более чем двадцати участников занял пятое или шестое место. С тех пор регулярно участвую в областных соревнованиях по шашкам среди зрячих спортсменов.

Кажется, с 2013 года начал ездить на чемпионаты России по стоклеточным шашкам, а с 2020 года — по русским шашкам. С 2022 года я официально трудоустроен по квоте в местной организации ВОС Анжеро-Судженска на должности спортсмена-инструктора. Консультирую по лечебной гимнастике членов ВОС, при различных заболеваниях. у меня накопилось много знаний по этой теме, многолетний опыт работы массажистом-инструктором очень пригодился. Кроме того, мне попалась книга по дыхательной гимнастике по методу Стрельниковой. Я провёл несколько ознакомительных занятий, вызвавших много вопросов. Сам проверил эту гимнастику на себе — результатами доволен: объём лёгких увеличился, задержка дыхания достигла минуты, и даже больше. Занимаюсь этим уже два года. Также я учу желающих играть в шашки и регулярно провожу игровые встречи в местной организации.

Да, я действительно много читал. Раньше увлекался историческими романами, фантастикой, философией. Но с возрастом я стал читать в основном специальную литературу по шашкам. Сейчас занятий так много, что на художественную литературу просто не хватает времени.

Да. У меня есть тренер по шашкам Нина Евгеньевна Соскина, кандидат в мастера спорта, председатель Кемеровского регионального отделения ООО "Федерация шашек России". Если мне требуется информация, я ей звоню, и она мне присылает всё что нужно.

Проигрыши бывают, и досадные ничьи тоже. Но я не считаю это чем-то плохим. Нет смысла расстраиваться или замыкаться. Надо просто проанализировать свои ошибки и сделать выводы. Именно поэтому я так много занимаюсь, разбираю свои партии, ищу причины поражений и ошибки. Проигрыши — это стимул для дальнейших тренировок и побед. Мы, люди, по своей природе, немного ленивы, и я не исключение, но стараюсь не сдаваться. Даже если откладываю что-то на потом, обязательно к этому возвращаюсь.

Знаете, я не гонюсь за наградами. Просто люблю шашки и занимаюсь этим от души. Главная радость — победа. Мне не важно, получу ли награду, главное — выиграть. Легкие победы меня огорчают, особенно если соперник допускал много ошибок. Я люблю сложные партии, когда есть над чем подумать. Раньше мне нравилось внимание журналистов, съемки на телевидении, но со временем это надоело.

У меня есть знакомые незрячие люди, которые помнят огромное количество стихов — настоящие ходячие энциклопедии. Играть в шашки вслепую не сложнее, чем выучить множество стихов наизусть. В каждом деле есть свои сложности и преимущества. Есть незрячие преподаватели истории, которые знают множество дат и фактов наизусть, но в шашках им сложно. У меня есть друг, незрячий адвокат, он может легко обойти своих зрячих коллег, потому что помнит назубок все статьи закона.

Раньше мне помогала только служба сопровождения и персонал гостиницы. Но недавно мне выделили личного сопровождающего, Веру Владимировну Дорофееву. В этом, 2025-ом году мы с ней ездили на чемпионат мира по стоклеточным шашкам среди спортсменов с нарушениями зрения в турецкий город Кемере. В составе участников того чемпионата было много сильных соперников, но я уверен, что благодаря именно ей одержал победу, ведь я твёрдо знал, что у меня надежный тыл, что рядом всегда есть помощь.